Трансформация тоталитарных и авторитарных режимов в современной демократии, VIPERSON

0
67

В последние 30 лет политологи многих стран обратили внимание на проблемы трансформации тоталитарных и авторитарных режимов в демократии, что повлекло за собой значительную переориентацию политологии. Это объясняется изменениями, которые произошли и продолжают происходить в различных регионах земного шара.

Политолог Збигнев Бжезинский в совместной с Самуилом Хантингтоном книге, опубликованной в 1964 году под названием «Политическая власть: США и СССР», отмечает, что у этих великих держав есть одна особенность, которая их сближает.

Она заключается в следующем: обе страны принадлежат к элите успешно действующих режимов. Поэтому многие политологи полагали, что, несмотря на то, что демократия лучше, чем авторитарный или тоталитарный режимы, однако с точки зрения возможности функционирования, режимы сверхдержав могут действовать столь же успешно, а может, и успешнее демократических. Это логика Бжезинского.

В 1960-х — в начале 1970-х годов воистину казалось, что история в очередной раз повернулась спиной к демократии. В период между двумя мировыми войнами тоже был период, когда демократия отступила, а тоталитарные режимы чудились режимами будущего. В 1960-х — начале 1970-х мир стал свидетелем крушения молодых демократических режимов в Африке. На это время приходится основная волна военных диктатур в Латинской Америке. Сокрушительный удар по демократическим надеждам был нанесен в Чили. С другой стороны, появились новые государства, принявшие социалистический путь: Ангола, Мозамбик, Эфиопия следовали этим путем, будучи военными диктатурами. Сейчас все это позади.

В начале 1970-х годов три авторитарных режима (в Греции, Португалии и Испании) прекратили свое существование. В начале 1980-х годов аргентинские военачальники отказались от власти, а бразильские генералы постепенно перевели свой военный режим в демократический. Им последовали другие режимы, к ним присоединился даже Пиночет.

В 80-ые годы Филиппины сместили президента Маркоса, что открыло путь к установлению демократического правления. Наступил 1989 год, названный «годом осени восточноевропейских государств». Одно за другим государства Восточной Европы отошли от тоталитарного режима и встали на путь демократии. Была сокрушена Берлинская стена, что явилось символом новой ситуации в Восточной и Центральной Европе. Эти события заставили политологов обратить внимание на следующую проблему: как недемократические режимы могут трансформироваться в демократические.
Задача не просто заявлять, что демократия лучше, чем авторитарные и тоталитарные режимы, а то, что главная ответственность заключается в том, чтобы использовать свою интеллектуальную власть, свои знания и аналитические способности для поиска условий и путей строительства демократии. Политики говорят о том, насколько добродетельна демократия. Они обладают знаниями и способны дать здоровый совет. Необходимо чтобы существовала четкая граница между людьми, делающими политику, и политологами.

Предыдущий опыт об условиях трансформации в демократию говорит, что чем сформулировать несколько уроков из прошлого. Урок первый — революция не приводит к демократии. Революция, т.е. насильственное свержение существующего режима, почти всегда, за чрезвычайно редкими исключениями, открывает дверь и другому типу недемократического режима. Не утверждают, что революции не приносят социально-экономического процесса, — некоторые из них приводят и к нему. Но здесь говорится о другом: маловероятно, чтобы после насильственной революции родилась демократия.
Опыт ХХ века показывает, что революции не привели к демократическим режимам. Русская революция положила конец монархии, однако и несколько десятилетий спустя Советский Союз еще не стал демократией — лишь совсем недавно начался процесс демократической трансформации. Коммунистическая революция в Китае свергла националистический авторитарный режим Чан Кай Ши, но пришедший на смену тоталитарный режим в отличие от социалистических или коммунистических режимов в Европе до сих пор не демонстрирует никаких поползновений в сторону трансформации.

Вспомним историю иранской революции, которая положила конец правлению шаха. В результате появилось нечто, что нельзя назвать демократией. Это теократический, а не демократический режим и т.д. и т.п. Когда я думаю об опыте ХХ века, на память приходит единственный случай, когда тоталитарный режим в Португалии был свергнут не столько народной революцией, сколько в результате военного переворота, действительно открывшего путь к успешной трансформации в сторону демократии.

В некоторых странах революции славились как величайшие события в истории человечества. Действительно, некоторые революции внесли большой вклад в историю.

Однако они порождали изменения социально-экономических условий, но никогда не строили демократию — вот в чем урок. Из этого следует, что переход к демократии более всего вероятен в условиях мирных перемен, которые имеют три основные формы.
Первую форму трансформации можно назвать реформой сверху. Это случается, когда автократические правители по своей воле, а не в результате давления со стороны оппозиции решают изменить систему и, кроме того, обладают достаточной мудростью и волей, чтобы воплотить свою программу демократических перемен. Где происходили такие перемены, в некоторых странах.

Например: Турция Президент Ататюрк оставил после себя не только просвещенное, ориентированное на Запад государство, правда, авторитарное, но и элиту лидеров, среди которых премьер-министр Инёню был наиболее влиятельным. Ататюрк заменил систему сверху. Инёню позволил сформировать оппозиционные партии и, кстати, проиграл на выборах. Тогда Турция стала демократией, правда, несовершенной, десять лет спустя — в 1960 г. военные вмешались свергли правительство Мендереса.

После периода военного правления история повторилась, опять пришли к власти военные под руководством генерала Эврена и военных же передали власть гражданским лицам. Военные в Турции продемонстрировали очень редкую способность изменять систему сверху. Они не единственные, есть и другие примеры. Но их немного. Еще один интересный пример, очень похожий на турецкий эксперимент. Это — Бразилия. Бразильские генералы, захватив в 1964 году власть, некоторое время правили как чисто военная диктатура, в конечном итоге они начали то, что назвали открытостью, и в конце концов эта открытость привела к гражданскому демократическому правительству. При этом давления снизу практически не было. Это служит доказательством того, что порой перемены сверху реальны. Но подобное случается не часто.

Дело в том, что реформы сверху редко заканчиваются успехом. Тому есть различные причины. Например, недостаточная последовательность. Реформаторы хотят, чтобы система была демократичной или более демократичной, но и того, чтобы они оставались у власти и никто не мог бросить им вызов. Они хотят уничтожить любую возможность преступлений, совершенных предыдущими правителями, но вмести с тем сами совершают подобные преступления, если их власти бросается вызов. В качестве примера можно упомянуть Н.Хрущева. Он, конечно же, хотел стать великим реформатором. Он хотел вывести Советский Союз из сталинизма, и в какой-то степени ему удалось это сделать. Никто не будет отрицать, что при Хрущеве политические условия в Советском Союзе улучшились по сравнению с тем, что было при Сталине. Однако Советский Союз не стал демократией, Советская империя осталась.

Хрущев и его коллеги не усомнились, посылать ли советские танки, чтобы задушить венгерское восстание. Хрущев войдет в историю как человек, пытавшийся сделать доброе своей стране, но не как успешно работающий демократический реформатор. Есть и другие проблемы. Не только то, что реформаторы непоследовательны, иногда реформаторы попадают просто в ловушку. Потому что действуют две силы. С одной стороны, люди, имеющие власть. Это консервативно настроенные люди и лидеры, которые контролируют значительную часть государственной машины — полицию, военную машину и другие элементы государства. Поэтому реформатор должен быть осторожен в своих действиях, поскольку в противном случае его просто «сбросят» более консервативные подчиненные ему коллеги. С другой стороны, его реформы возрождают надежды и воодушевляют народ, зачастую рождают массовые движения, которых еще не было несколько лет назад. Лидер-реформатор в такой ситуации оказывается между двумя силами. С одной стороны, люди на улице требуют демократии немедленно. С другой стороны, консерваторы в правительстве и в обществе выступают против того, что они называют продажей всей системы. Возможно, мой пример напоминает вам, что происходит сейчас. Горбачев и его помощники принадлежат к когорте великих реформаторов, которые оказались между двумя силами. Но и без предварительной оценки того, что может случиться с перестройкой Горбачева, можно отметить, что не впервые в истории реформаторы попадают в ловушку, подстроенную различными силами. Именно поэтому реформы сверху очень редко достигают успеха.

Ко второму типу трансформации применяется термин «абдикация». Авторитарные режимы очень быстро, а иногда и слишком быстро терпят крушения, капитулируют.
Абдикация может произойти под воздействием личных мотивов. В ноябре 1989 года быстро произошла «абдикация», или отказ режимов от тогда называлось Германской Демократической Республикой и Чехословакией. Оба режима в отличие от Венгрии или Польши, особенно Польши, до ноября 1989 года как будто и не помышляли о реформах. Они надеялись на то, что им удастся продлить свое правление и поддерживать тоталитарный режим, несмотря на перестройку в Советском Союзе. И в ГДР, и в Чехословакии капитуляция режимов произошло по очень простой причине. Несколько месяцев до этого в Польше было образовано первое демократическое правительство, которое предусматривало разделение власти между ПОРП и правительством, но правительство не было, так сказать, поставлено под власть этой партии. Все это показывало восточногерманским и чехословацким лидерам, что времена изменились и советские танки не станут защищать их монополию на власть.

Третий тип трансформации, который является постепенной реформой, согласованной между стоящими у власти силами и оппозицией. Модель такой трансформации — Испания после смерти генералиссимуса Франко. Постфранкистское правительство Испании и правление короля Хуана Карлоса открыли дорогу длительным переменам, к которым были привлечены даже силы оппозиции, которая согласилась сыграть свою роль в процессе постепенных и согласованных реформ. Примерно так же развивались события в Польше и Венгрии. Примерно то же происходит в Болгарии и Южной Корее.

Сравнительный анализ опыта этих стран показывает, как эти согласованные реформы действуют на практике. Это не реформы сверху, тем более не революция, это процесс, с помощью которого люди, находящиеся у власти, и находящиеся в оппозиции согласовывают правила постепенных перемен.

В нашей республике февральские события 1990 года стали началом национальной трагедии. Непрерывные митинги и бессилие руководства Таджикистана не смогли обеспечить мирное решение возникших проблем. В результате столкновений правительственных сил и подстрекателей митингующих погибло несколько молодых людей, что привело к глубокому политическому и психологическому кризису в обществе. В развитии событий заметную роль также сыграли недовольные партией и правительством карьеристские и местнические элементы.

Избрание К. Махкамова на пост Президента Республики Таджикистан в ноябре 1990 года

Различные политические силы с целью обретения устойчивых позиций, не гнушаясь антиконституционными средствами, устраивали продолжительные манифестации, дестабилизирующие политическую обстановку и обостряющие общественные отношения, в результате чего Правительство все более ослабевало и упускало из рук бразды правления.

Несанкционированные митинги оппозиции привели к тому, что Председатель Верховного Совета Р.Набиев вынужден был во время президентских выборов приостановить свои полномочия.

В обществе и, в частности, в Парламенте и Правительстве образовались три различные группировки. Первая состояла из должностных лиц. Вторая — это те, кто, опираясь на внешние силы, хотел узурпировать власть, не отказываясь при этом от насилия. Третья группа соблюдала нейтралитет в ожидании укрепления позиций той или иной группы. Но преобладала группа депутатов Верховного Совета и членов Правительства поддерживающая законное Правительство и противостоящая насильственным антиконституционным действиям.

Частая замена председателей Верховного Совета — К.Аслонова, С.Кенджаева, А.Искандарова — и переход оппозиционных сил день за днем к открытой угрожающей борьбе усилили опасность внутренних беспорядков. И, наконец, после всенародного избрания Р.Набиева 24 ноября 1991 года на пост Президента страны оппозиционные силы под различными предлогами стали препятствовать его деятельности. Создание Правительства национального примирения, указывание постоянного давления на Парламент и исполнительную власть, позднее взятие членов Правительства и депутатов Верховного Совета в заложники, неустойчивость политического климата в стране, особенно в столице, усилили у населения чувство страха и беспокойства.
После избрания Р.Набиева на пост Президента Таджикистана противостояние оппозиции не ослабело, наоборот, начали плестись различные интриги с целью его отстранения от власти.

Его приход на Президентский пост вселил в душу большинства населения Таджикистана надежду на то, что теперь будет обеспечена стабилизация политико-экономического положения. Но с развитием дальнейших событий стало очевидно, что ни Р.Набиев, ни назначенные им на ответственные посты лица не в состоянии правильно проанализировать новые условия и оценить их должным образом, чтобы направить государственное правление в необходимое русло.

К тому же, некоторые силовые органы того времени, объявив о своем нейтралитете, в сущности отказались от своих конституционных обязанностей обеспечения безопасности общества и всенародно избранного Президента и правительства.

В апреле 1992 года обстановка в Душанбе еще более обострилась, и основы государственной власти были расшатаны. С каждым днем усиливалось давление оппозиционных сил, готовящихся к нанесению разрушительного удара на власть, эти силы все больше притягивали на политическую арену и митинги часть недовольной интеллигенции, карьеристов и авантюристов. Серьезным недостатком в работе Верховного Совета было то, что очень часто вносились изменения в законы, особенно в Конституцию Республики Таджикистан, а также под давлением отдельных групп, связанных с оппозицией и митингующими на площадях депутатами, то и дело назначались и освобождались от должности руководители Верховного Совета. И всё же Парламент проявлял терпимость к давлению площади, большинство депутатов, невзирая на накаленность и опасность ситуации, сохраняли здоровую политическую позицию.
Начало сентябрьских митингов 1991 года, незаконный и насильственный захват государственного телевидения оппозицией, вражда между митингующими на площадях «Шахидон» и «Озоди», образование некомпетентного правительства национального согласия, принуждение силой оружия Президента Р.Набиева к отставке в аэропорту города Душанбе — все эти события всё глубже затягивали Таджикистан в пучину трагедии. Началась всеобъемлющая гражданская война в Таджикистане.

Противостояние оппозиционных сил против Правительства всё возрастало, они спешно начали создавать структурные организации. Под руководством председателя Демократической партии было создано движение «Ситоди начоти Ватан», что было совершенно противозаконно и которое превратилось в разбойный аппарат. Примкнув к нему, руководители «Растохез»-а, Партии исламского возрождения, «Лаъли Бадахшон», республиканского казиата образовали силу, совершившую вскоре государственный переворот. Переход на сторону оппозиции председателя исполкома Душанбинского городского Совета народных депутатов М.Икромова сделал невозможной нормальную органов власти в Душанбе, и столица оказалось не в состоянии бороться и противостоять натиску. Мужественные и истинные патриоты Таджикистана были вынуждены организовать в Кулябской, Кургантюбинской, Ленинабадской областях и Гиссарской долине настоящее народное движение, возглавив народную борьбу за восстановление конституционного строя.

В этих условиях был необходим волевой и дальновидный лидер, который возглавил бы борьбу за восстановление конституционного строя, нормализацию политической обстановки, установление национального единства, мира и согласия, возрождение социально-экономической системы, обеспечение достойной жизни каждому гражданину республики. Такой лидер в лице Эмомали Рахмон был избран демократическим путем на XVI сессии Верховного Совета в городе Худжанде.

Для успеха согласованных реформ необходимо решить две проблемы. Первое: умеренные и реформаторы должны согласиться работать вместе, а это не всегда легко — давит океан прошлых обид, не так-то просто для тех, кто сидел в тюрьмах, терял близких, сесть за стол переговоров и вести эти переговоры с представителями того режима, против которого они боролись. Но и представителям режима трудно садиться за стол с теми, кто до недавнего времени постоянно нападал на них. Это не единственная и не самая важная проблема. Вторая, главная, проблема в следующем: что умеренные и реформаторы имеют за своими плечами. Часто во время польского круглого стола одни открыто говорили другим: мы не можем принять это предложение не потому, что оно нам не нравится, но если мы его примем, то наши коллеги наложат на него просто-напросто вето. Другой пример. Когда накануне польского круглого стола стало ясно, что необходимым условием для переговоров и собственно для реформы является легализация «Солидарности», ЦК ПОРП.

Например: Для того, чтобы начать демократические трансформации, надо предпринять значительные усилия, но чтобы успешно завершить демократические трансформации, нужны еще большие усилия. Уход старого режима — важное условие демократических трансформаций, однако это не дает автоматической гарантии того, что демократия будет успешно построена.

Сложности, с которыми сталкиваются демократы, многочисленны. О них необходимо помнить. Во-первых, обычно существует тяжелая экономическая ситуация, и страны, начинающие демократические трансформации в хорошей экономической ситуации, например Туркманистан и Казакистан имеют больше шансов на успех, чем те, где этот процесс происходит в условиях экономического кризиса, например Таджикистан.
Вторая проблема — потенциальная радикализация оппозиции. Когда не было демократии, оппозиции не ставила далеко идущих целей, т.е. она ставила те цели, которые достигались более менее легко: освобождение политических заключенных, свобода передвижения, возможность более свободно выражать свое мнение и т.д. Но как только начинается процесс демократизации, оппозиция выдвигает всё более далеко идущие требования. Также рассмотрим на примере Таджикистана.

Вновь избраны Президент РТ Эмомали Рахмона начал исполнение высокой миссии главы государства, с разрешения самой острой и наболевшей проблемы — прекращения бесцельной братоубийственной войны, ибо она затрагивала судьбу всей страны и всех таджикистанцев.

Для этого нужно было сесть за стол переговоров с оппозиционерами чего бы это не стоило. Следует отдать должное Президенту за этот смелый шаг, ибо предстояло вести диалог с коварными двуличными властолюбцами. Оппозиция, ради выигрыша дополнительного политического капитала, шла на все ухищрения, умышленно ставила палки в колеса на переговорном процессе, юлила. Но Президент, используя все свои знания, энергию, выдержку, международный авторитет, добился того, чтобы межтаджикское урегулирование завершилось заключением Общего соглашения о мире в Республике Таджикистан, позволившему таджикистанцам переключиться на созидательный труд.

Более четырехлетняя «одиссея» сложного переговорного процесса по мирному упорядоточению межтаджикского противоборства, его особенности, характерные нюансы и итоги обстоятельно наложены в книге первого Чрезвычайного и Полномочного посла Российской Федерации в Республике Таджикистан Белева Е.В.: «Исторический опыт переговорного процесса по урегулированию межтаджикского конфликта (1993-1997гг.)», изданного Институтом истории, археологии и этнографии имени А.Дониша АН РТ (Душанбе, 1999г., 434стр).

Особую ценность, представляют собой неопубликованные в печати документы переговорного марафона, присовокупленные в виде приложений и монографии. Эти уникальные документы в значительной степени укрепляют источниковедческую базу современной таджикской историографии.

Путь к миру в Таджикистане действительно, был мучительным, сложным и противоречивым. Вооруженный конфликт 1992-1993 годов, квалифицируемый в некоторых источниках как гражданская война, привел к сохранению в основном вооруженных формирований исламской оппозиции, которая продолжала делать ставку на разрешение противоречий средствами вооруженного насилия.

Продолжение войны было чревато катастрофическими, последствиями для станы.
В сложившихся тупиковых условиях был начат поиск политических путей урегулирования конфликта.

До весны 1994 г. шло сближение точек зрения сторон. Переговорный процесс по межтаджикскому урегулированию начался с апреля 1994 года и продолжался до конца июня 1997 года.

Четыре раза в Москве, шесть раз в Иране, три раза в Ашгабате, два — в Афганистане, и по одному разу в Пакистане, Казахстане, Кыргизстане — всего 18. роль глав всех названных государств очень велика в установлении мира в Таджикистане.

Первый раунд диалога состоялся в Москве, в период с 5 по 19 апреля 1994 г. Правительственную делегацию возглавлял министр по вопросам труда и занятости Ш.Зухуров. обязанности главы делегации оппозиции исполнял председатель Координационного комитета демократических сил Таджикистана в странах СНГ О.Латифи.
В качестве наблюдателей, а на самом деле посредников, были представлены министр иностранных дел России А.Козырев и Специальный посланник Генерального секретаря ООН в РТ Р. Пирис -Бальсоц. В роли стран — наблюдателей на переговорах выступали России, Афганистан, Иран, Узбекистан, Казахстан, Киргизия, Пакистан.
В повестку переговоров включены были три блока основных проблем: меры по политическому урегулированию ситуации в Таджикистане; решение проблемы беженцев и вынужденных переселенцев; фундаментальные вопросы конституционного устройства, консолидации государственности РТ.

В первом блоке «Меры, направленные на политическое урегулирование ситуации в Таджикистане» было предусмотрено выработать в дальнейшем шаги по прекращению вооруженных наступательных и иных враждебных действий, в том числе, по прекращению огня и провокационных акций в РТ, а также обсудить вопросы, связанные с вооруженными формированиями оппозиции, т.п. «территориальными силами обороны», изъятием оружия у гражданского населения, усилением контроля со стороны правительства над своими вооруженными силами и органами безопасности, роль Коллективных миротворческих сил (КМС) СНГ и ООН.

Второй блок «Решение проблемы беженцев и вынужденных переселенцев» предусматривал определение числа этих изгоев братоубийственной войны, разработку мер по их возвращению, включая гарантии безопасности, возвращения им движимого и недвижимого имущества, предоставление помощи и т.д.

В третьем блоке «Фундаментальные вопросы конституционного устройства и консолидации государственности РТ» намечалось выработать предложения по новому избирательному закону, проведению свободных и демократических выборов.

Анализ документов первого раунда показывает, что сторонам удалось очертить круг вопросов для всего последующего обсуждения, образовать совместную комиссию по беженцам, а также подтвердить готовность к политическому диалогу.

Первый раунд переговоров проходил в условиях сложной военно-политической обстановки, вызванной действиями оппозиции, значительная часть которой была сосредоточена близ афганских городов Кундуз, Талукан, Ходжагар и Файзабад.
Вдоль всей таджикско-афганской границы были созданы так называемые фронты: Шаартузско-Кабодиенский, Пянджский, Кулябский и Бадахшанский, где воевали свыше 10 тыс. таджикских боевиков и афганских моджахедов.

В Гармской группе районов численность боевиков с лета 1993 по апреля 1994 г. выросла более чем в три раза и достигла 3тыс. человек, а количество вооруженных формирований «внутренней» оппозиции было свыше 5 тыс. человек. В составе отрядов оппозиции насчитывалось около 500 иностранных наемников.

Боевики были вооружены стрелковым оружием, безоткатными орудиями, минометами, переносными зенитными комплексами.

Лидеры оппозиции ловко маневрировали этими военными силами. На межтаджикких переговорах они хотели предъявить правительству завышенные требования.
Именно в такие для оппозиционеров «критические дни», обычно, усиливались и террористические акты. Жертвами теракта, как правило, выбирались наиболее известные люди страны. Так, то рук террористов в те мрачные дни погибли крупные учение, цвет таджикской интеллигенции академик М.С.Осими, член-корр. АМН СССР Ю.Б.Исхаки, профессора Минходж Гулямов и Муиншо Назаршоев, заместитель премьера — министра Мунавваршо Нарзиев, муфтий республики Фатхуллохон Шарифзода, несколько военнослужащих российской 201-й дивизии и другие.

Подобными демаршами (их было много за 4 года переговорного процесса) ОТО пыталась выигрывать очки.

С 18 по 28 июня 1994 г. в Тегеране был проведен второй раунд межтаджикских переговоров в том же составе делегаций, что и первый. В ходе переговоров стороны выработали и согласовали содержание понятия «прекращение огня и других враждебных действий», под которым понималось все формы военных акций.

Стороны также рассмотрели вопросы связанные с созданием всеобъемлющего контрольного механизма за временным прекращением огня и других враждебных действий.

Тегеранский раунд проходил на фоне активизации боевых действий в Припамирье и Гармской группе, где были сосредоточены значительные силы вооруженной оппозиции.

Возобновление боевых действий не на границе, а внутри республики стало тревожным фактом, грозящим новым этапом гражданской войны. Главной причиной активизации боев, стал провал переговоров в Тегеране. Лидеры оппозиции, по данным газеты, предлагали объявить о переходном периоде и создать временное правительство с участием всех «Заинтересованных» сторон, прекращении деятельности парламента, роспуске и разоружении всех существовавших вооруженных формирований. Выборы Президента оппозиция считала невозможными, так как по их данным, полмиллиона (на самом деле — 200 тыс.) граждан РТ находились за пределами страны.

Третий раунд переговоров в Исламабаде (Пакистан) состоялся с 20 октября по 1 ноября 1994г. он был посвящен решению военных проблем. Стороны подписали Протокол о Совместной комиссии по наблюдению за выполнением Соглашения о прекращении огня и приняли дополнительные меры по обмену военнопленными и заключенными.

Практическим результатом трех раундов проведенных в 1994 году, стало подписание Соглашения о временном прекращении огня и других враждебных действий на таджикско-афганской границе и внутри Таджикистана. Несмотря на то, что оно постоянно нарушалось, итоги первых трех межтаджикских диалогов, на наш взгляд, следует признать позитивными, ибо стал виден свет в конце тоннеля.

Четвертый раунд переговоров состоялся в столице Казахстана с 22 мая по 2 июня 1995г.

Оппозиция добивалась введения двухлетнего переходного периода, создания Совета национального согласия, который занялся бы принятием новой Конституции, выборами нового Президента, парламента и местных органов власти.

Руководитель правительственной делегации, первый заместитель премьер — министра республики М.Убайдуллаев заявил, что он отвергает предложения оппозиции о создании Совета национального спасения и внесении изменений в ныне действующего Основного Закона страны. Правительство было готово вести речь только о бессрочном продлении Соглашения о прекращении огня, о беспрепятственном возвращении таджикских беженцев, находящихся на территории Афганистана, и о возможной деятельности политических партий и движений.

Оппозиция начала переговоры напористо, однако затем изменила подходы. Лидеры Движения исламского возрождения Таджикистана чуть позже переименованного а ОТО. Заявили о готовности снять ряд требований, в частности, о немедленной отставке Эмомали Рахмона. Но они по-прежнему настаивали на создании Совета национального спасения и введении в РТ миротворческих сил ООН, которые могли бы заняться разоружением противоборствующих сторон.

11 марта 1996г. в Душанбе состоялась специальная сессия парламента республики, посвященная межтаджикским переговорам. В ее работе приняли участие спецпредставитель Генерального секретаря ООН И.Киттани, представители ОБСЕ, стран наблюдателей. С докладом о ходе межтаджикских переговоров выступил министр иностранных дел Т.Назаров. Состоялся заинтересованный обмен мнениями.
На сессии выступил Президент, подтвердивший свое стремление к разрешению всех конфликтов мирным путем, подписанию мирного договора с оппозицией, выдвинул предложение о бессрочном прекращении огня и проведении следующего этапа межтаджикских переговоров на территории Таджикистана.

И.Киттани сообщил, что руководители оппозиции отказались принят участие в раьоте сессии, мотивируя свой отказ отсутствием гарантий их безопасности. Тем временем ожесточились боевые операции в Тавильдаре, Припамирье и самом Памире (Западном). Действовала с обеих сторон бронетехника. Летом ухудшилось положение а Каратегинской долине. 6 сентября боевики Ахмадбека захватили Джиргаталь.

Экстремисты ОТО ужесточили террор, который унес немало жизни, среди убитых были российские офицеры.в середине ноября оппозиция установила свой контроль над Комсомолобадам. Продолжало оставаться напряженным положение вдоль таджикско-афганской границы. Именно в такой сложной ситуации поднял мятеж командир 1-й бригады вооруженных сил РТ полковник М.Худойбердыев.

Все это были уловки ОТО, по словам ее лидера С. Нури — «не существует иного пути, кроме вхождения представителей оппозиции в политические и исполнительные структуры через создание Комиссии по национальному примирению в коалиционного правительства на переходный период».

Действия таджикской оппозиции не вызвали поддержки у международных организаций. Глава миссии наблюдателей ООН в РТ Г.Меррем выразил лидеру ОТО С.Нури протест против нарушения оппозицией соглашения о прекращении огня и высказал озабоченность обострением обстановки в Припамирье.

Новый спецпредставитель Генсекретаря ООН Г.Д.Меррем предложил оппозиции провести очередной раунд переговоров 17 июня, однако ОТО выдвинула предварительное условие -на переговоры она пойдет в том случае, если правительство будет обсуждать блок политических проблем.

С декабря 1996 года в межтаджикских переговорах наступил перелом. Стороны приступили к решению основополагающих политических проблем и впервые за все время переговоров стало в основном выполняться соглашение о прекращении огня и враждебных действий, произошел поворот от преимущественного использования военных средств разрешения противоречий к политическим.

11 декабря Президент и С.Нури встретились в кишлаке Хосдек на севере Афганистана. Обсудив резко обострившуюся в последнее время военно-политическую ситуацию в Каратегинской и Тавильдаринской зонах республики, накануне своей московской встречи, которая она состоялась с 13 по 19 декабря подписали Протокол об урегулировании военно-политической обстановки в зонах противостояния который предусматривал прекращения всех боевых действий, отвод вооруженных подразделений и формирований на исходные позиции.

23 декабря в присутствии премьер — министра РФ В.Черномырдина Президент РТ Э.Рахмон и лидер ОТО А.Нури подписали документы об ускорении завершения переговорного процесса.

С 5 по 19 января 1997 г. в Тегеране состоялся очередной раунд межтаджикских переговоров, в ходе которого была проделана значительная работа по согласованию Протокола, по политическим проблемам. Были еще ряд встреч и диалогов.

Все же наступил звездный час межтаджикских переговоров, 27 июня 1997 года в Москве 2 делегации: правительства возглавляемая Президентом Республики Таджикистан Эмомали Рахмоном и ОТО во главе с А.Нури, подписали Общее соглашение, состоящее из семи документов: Протокол об основных принципах мира и национального согласия в Таджикистане от 17 августа 1995 г.; Протокол по политическим вопросам от 19 мая 1997 г.; Протокол «Об основных функциях и полномочиях Комиссии по национальному примирению» от 23 декабря 1996 г.; Положение о Комиссии по национальному примирению от 21 февраля 1997 г.; Протокол по военным проблемам от 8 марта 1997 г.; Протокол по вопросам беженцев от 13 января 1997 г.; Протокол о гарантиях осуществления Общего соглашения об установлении мира и национального согласия в Таджикистане от 28 мая 1997г. выступая на церемонии подписания Общего соглашения, Президент РТ Эмомали Рахмон подчеркнул: «наш горький опыт неопровержимо доказал, что только мирным путем можно достичь спокойствия и согласия стране. Наш путь в миру не был легким. Чтобы подготовить этот судьбоносный акт, приходилась предпринимать порой неимоверные усилия, проявлять твердую волю и самообладание. При этом мы шаг за шагом, иногда оступаясь, двигались навстречу друг другу. Нам предстоит пройти нелегкий путь от взаимного неприятия и конструктивному взаимодействию».

Говоря о благополучном завершении межтаджикских переговоров, следует особо подчеркнут бесценный вклад, который внес в это архиважное дело Президент Э. Рахмон все 1400 тревожных дней и ночей думал о судьбе переговорного процесса, принимал личное участие при решении наиболее остросюжетных аспектов, не раз выезжал за рубеж для встречи с лидерами оппозиции, проявил недюжинную энергию, самообладание, мудрость, решительность, а когда было нужно, без обиняков выводил на чистую воду суть козней противоборствующей стороны.

Заслуживают также благодарности таджикского народа за позитивный исход в достижении национального согласия в Таджикистане Организация Объединенных наций и Российская Федерация. Переговорный процесс шел под эгидой ООН.

Совет безопасности призвал все конфликтующие стороны прекратить боевые действия, а правительство Таджикистана, местные органы власти руководителей партий и других политических групп — начат диалог с целью обеспечения полномасштабного урегулировании конфликта мирными средствами.

На примере Таджикистана ООН доказала, что является реальным субъектом миротворческой деятельности, сильной способной стыковать интересы конфликтующих сторон, бастионом мира в мире.

В переговорном процессе по межтаджикскому урегулированию весомо и значение стратегии партнера Таджикистан, России, которое носило многосторонний характер. Во-первых, оказывалось содействие при проведении межтаджикских переговоров, а с 2-й половины 1997 года РФ становится одной из стран-гарантов выполнения Общего соглашения о мире и национальном согласии в республике; во-вторых, осуществлялась охрана таджикиско-афганской границы, как границы СНГ; в-третьих, России стала доминирующей силой в составе КМС СНГ.

Позиция России в переговорном диалоге сводилась прежде всего, к тому, что ее представители в своей деятельности исходили из объективной заинтересованности в скорейшем политическом урегулировании конфликта в Таджикской республике и стабилизации не только здесь, но и в южном регионе СНГ в целом. При этом представители РФ руководствовались положениями российско-таджикских договоров и соглашений в политической и военных областях, а также многочисленными документами в рамках СНГ, включая Договор о коллективной безопасности.

Присутствие воинских формирований Российской Федерации на территории РТ, а также российских пограничников, оказывало сдерживающее воздействие на противоборствующие стороны, не позволяло разрастаться вооруженным столкновениям, что объективно заставляло стороны ориентироваться на политические средства разрешения противоречий.

Межтаджикские переговоры, длившиеся почти четыре года, были успешно завершены подписанием 27 июня 1997 года в Москве Общего соглашения об установлении мира и национального согласия в Таджикистане. Огненная колесница войны была приостановлена. Результаты этого переговорного процесса имеют огромное практическое значение для всего мира, ибо крайне редко гражданская война заканчивается миром без победителей и побежденных. Решающий вклад в урегулирование конфликта внесли правительство Таджикистана, Президент республики, вместе с тем существенную роль сыграли в этом ООН, страны — наблюдатели. Пример Таджикистана показал, как можно с помощью всех конструктивных сил мирового Сообщества мирным путем выйти из длительного, кровавого противоборства.
На многострадальной таджикской земле воцарились вновь мир и спокойствие. Благодаря этому сложились благоприятные условия для достижения заветной цели таджикского народа — национального единства и возрождения Таджикистана.

Использованная литература:
1. М.Убайдуллоев. Основа новейшей государственности. Москва : 2002г. //Обострение политического противостояния и начало гражданской войны. стр. 298, 303.
2. Осим Каримов. Политическое состояние Таджикистана в 90-е годы XX в.
3. Лекции по политологии. Том 1.Таллин-1991г. стр. 73, 74, 82.
4. Ризоев Б.М., Акмалова М.А. Внешняя политика суверенного Таджикистана.

Акмалова Мунира Абдунабиевна — старший преподаватель кафедры Международных отношений Таджикского государственного университета права бизнеса и политики, город Худжанд